Сергей Санников

 

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В МИР БОГОМЫСЛИЯ!

 

Однажды я видел сон: я шел по пыльным коридорам недостроенной богословской школы, спускался по лестницам без  перил, переступал через трубы. Из забрызганных известью окон врывались резкие порывы весеннего ветра. Рядом со мной шел кто-то, я не мог его хорошо рассмотреть, наверное это был смотритель, и вдохновенно рассказывал о грядущих проектах и великих свершениях, которые должны вот-вот произойти в этом грандиозном храме науки. Мы свернули в большой зал с потрескавшейся и местами отбитой штукатуркой. С потолка свисали провода, а  прямо под ногами лежала груда старых папок. На обложке одной из них было написано «Богомыслие». Надпись была перечеркнута лаконичным словом – «в архив!».
 
– Это кому-то надо? – спросил я смотрителя, – указывая на папки.
 
– Нет, – ответил тот, – если хотите, забирайте себе. Раньше здесь была типография, а теперь будет спортзал. Будущим богословам тоже энергию куда-то девать надо.
 
Идея про энергию мне понравилась. Я почувствовал вдохновение от найденного клада и таил радость, чтобы никто о нем не догадался. Делая как можно более равнодушный вид, я взял невесть откуда появившуюся тачку на одном колесе– похоже, что на ней раньше возили мешки с цементом, и с помощью смотрителя нагрузил ее бесценной макулатурой. Здесь были заметки, статьи, рукописи, написанные дрожащим старческим почерком, переписка с авторами и распечатки старых номеров, выходивших в эпоху восторженного религиозного бума после падения «Берлинской стены» и «Железного занавеса».
В те годы Альманах«Богомыслие»печатался пятитысячным тиражом, расходился по церквам и частным коллекциям. Его зачитывали, ругали, спорили, восторгались, обвиняли, и все же любили. Он был первым и единственным альманахом евангельского богословия многие годы, но потом пришли новые времена. Поменялись ориентиры, появились новые люди. Библейские школы стали богословскими семинариями и университетами, вышли на академический уровень, заговорили на греческом и иврите. 
 
Альманаху надо было подтянуться, ему указали соответственную нишу – профессиональную аудиторию студентов и профессоров, которые пишут академические статьи друг для друга. Статьи стали безумно интересные, но чтобы их понять надо было иметь два образования и владеть средневековой латынью. 
 
А так как церковный люд недостаточно хорошо разбирался в перихорезисе и часто путался в сущностях и энергия нетварного мира, то тираж журнала упал до числа профессоров, которые журналы вообще не читают, потому что предпочитаю писать, а не читать. Альманах сначала сник, похудел, уменьшился в объеме и размере, а потом вообще впал в летаргический сон к радости администрации, которой уже не надо было искать финансирование и писать отчетность в налоговые службы.
 
Я вез тачку с бесценным грузом куда-то вверх, где нет архивов, манной каши и строгих цензоров. Проплывал через разбитые оконные рамы и удивлялся, что тачка катиться по воздуху легко, 
как по асфальту и только одна фраза, как это обычно бывает во сне, навязчиво всплывала вновь и вновь – «Богомыслие не умирает».
 
Сон кончился, а журнал остался.
 
Наяву все было проще и будничнее. Оказывается, еще не перевелись люди, которые хотят читать статьи о Боге и о духовной жизни. 
И Тот, Кто управляет не только Вселенной, но и желаниями администраторов, решил, чтобы Альманах «Богомыслие»возродился в том формате и с той философией, с которой он начинался. 
Он призвал старую команду, дополнили новой редколлегией, – и Альманах задышал.
 
Учрежденный Одесской богословской семинарией, как журнал евангельской традиции, он снова подтвердил свое назначение стать своеобразным мостиком от Академии к Церкви, чтобы способствовать формированию богословского подхода и библейской позиции в повседневной жизни. Такое назначение определило аудиторию журнала – это все те, кто интересуется более глубоким, целостным и гармоничным изучением Писания и дел Божиих в истории, в жизни отдельных людей и человеческих сообществах.
 
Альманах вновь заявляет о верности своим первоначальным принципам:
Разнообразие статей. То есть, в каждом выпуске как правило, публикуются материалы из разных богословских областей, а также представляющие различные богословские подходы.
Простота, аналитичность и популярность изложения; образность и современность языка.
Доступность для церковного читателя, не имеющего формального богословского образования.
Свежесть и оригинальность тем, подходов и взглядов. То есть, приветствуются разномыслия не переходящие в ереси.
Открытость информации и абсолютное волонтерство на всех этапах, за исключением печатанья в  типографии. 
 
Мир, в котором мы живем, изменился коренным образом и уже никогда не будет прежним. Старшее поколение потеряло себя и пытается жить прошлым, молодое поколение еще не нашло себя и неуверенно оглядывается по сторонам, а среднее так занято суетой и потоком жизни, что вообще никуда не смотрит и ничего не ищет. В этой ситуации вызова и изменчивости Альманах хочет предлагать возможные ответы на основе неизменной системы библейских ценностей. Поэтому очевидна необходимость в ясном изложении, конкретной формулировке и доступном выражении отечественной богословской позиции и традиции.
Альманах – это зеркало писателей и читателей. Раньше считалось, что писатели – это активная часть журнала, а читатели просто воспринимают информацию. Теперь мы поняли, что это не так. Альманах «Богомыслие» видит себя не только как место, где выражают себя писатели, но и место, где выражают себя читатели. То есть, это место где одни люди учатся писать, а другие учатся читать. Не стоит удивляться. Читать – это не значит правильно складывать буквы в слова и воспринимать информацию. Читать – это значит переживать прочитанное, осмысливать его, соединяться с сутью и образом, который несет текст. Этому надо научиться. Надо увидеть в тексте не святые правильные формулы, не банальные стереотипы и стандартные установки, а попробовать практиковать сотворчество с автором статьи, которое породит новые мысли и создаст по сути новое произведение благословенного дуэта автора и читателя. Настоящий читатель как бы становиться режиссером-постановщиком читаемого текста. Поэтому Альманах возродился, чтобы продолжить традицию не только писательства, но и читательства.
 
С. В. Санников,
Главный редактор